Макияж глаз

Уроки, фото, инструкции, отзывы. Как правильно сделать макияж для глаз.

Глава 2. Нужно ли говорить о том, что моя мама была не в восторге от моего увлечения аниме.

09.01.2014 в 01:23

Родители всегда стараются уберечь нас, но порой получается только хуже. Особенно если между взрослыми и подростками взаимное непонимание друг друга.

Знают ли мои родители о том, что происходит в моей жизни, или нет – неважно. Сказать им прямо, не могу. Точнее, у меня нет на это права. Намекнуть… столько раз делала это, что уже сбилась со счету.
Так вот. Когда я пришла с «анимки», мама уже была вне себя от ярости.
– Ты видела, что творится на улице, Арин! Или ты была у этой твоей подруги снова!
Я не ответила. Не было смысла начинать новый скандал, еще одну ссору.
– Почему ты не отвечаешь, когда я с тобой разговариваю? Я твоя мать, и хочу услышать ответ на свой вопрос! – уже чуть ли не кричала она. Посмотрев на нее из-под челки уставшим взглядом, я направилась в зал.
Своей комнаты у меня не было. Мама и отчим не заходили в эту часть квартиры, но все равно. К тому же, из моих вещей здесь был разве что компьютер, который мне подарил отец. И то, мать всегда говорила: «В этом доме появятся твои вещи лишь тогда, когда ты сама начнешь зарабатывать». Ну, а как же подарки и вещи личного характера, спросите вы? Для нее, видимо, это не имело значения. А как вам такая фраза: «Пока ты живешь в моем доме, ты будешь делать то, что говорю! » Короче, мне моя жизнь казалась клеткой.
– Ты снова была с этими «сектантами»! Сколько раз тебе повторять, что наша семья стоит выше сброда, с которым…
– Мам, давай не сейчас. Я хочу спать. Поговорим утром, хорошо?
– Ты, что, пьяна! Арина!
Я не выдержала:
– Не сейчас! Я же попросила! И я не пила ничего кроме чая…
Что она дальше кричала, уже не помню. Я зашла в зал и расстелила свое кресло-кровать, на котором обычно спала. Через 20 минут я уже видела сны.
И снова мне приснилась незнакомка. Девушка с черными как воронье крыло волосами, лицо которой я не могла запомнить, как бы не старалась. И вновь она является мне в цвета крови платье. Что-то говорит, но я не могу разобрать ни слова. Она уже давно мне не снилась. В последний раз это произошло, когда моя семья еще жила в столице. Тогда я проспала восемнадцать часов, переутомившись на учебе.
Вновь она уходит куда-то вглубь пространства, пытается сбежать от меня. Или наоборот подходит слишком близко к моему внутреннему миру. Я не знала тогда, что это означало. Может было бы лучше, если бы все так и оставалось.
Проснувшись в три часа дня, что для меня уже было делом обычным для «утра» выходного, я побрела на кухню. Родителей не было дома, но от этого было не легче. Пока заваривался кофе, пыталась вспомнить, что было на «анимке». Потом отправилась в ванную, меня это немало разочаровало. Вечером не смыла макияж и теперь была похожа на… не знаю. Одним словом, если бы меня тогда увидел кто-нибудь, то поседел бы со страху. Пришлось потратить больше времени, чем оно того требовало.
Не успела я привести себя в порядок, как мне позвонил Вил. Он также состоял в клубе, и мы с ним хорошо общались. Часто созванивались. Так что его звонок меня ничуть не удивил.
– Ну, как ты там? Пройтись не хочешь? – услышала я в динамике своего телефона.
– Может быть. Смотря с кем.
– Со мной, конечно же. Ну, потом к нам еще пара личностей присоединится. Так что, пойдешь?
Сказать, что я не хотела никуда идти – ничего не сказать. Но оставаться дома, в четырех стенах, для меня было еще тяжелее.
– Ладно, где встретимся? – задав этот вопрос, я подписала себе приговор.

– Так кто еще придет? – спросила я у Вила.
– О, тебе они понравятся. Как бы сказать, чтоб все карты не раскрыть. Скажем, что он не из «наших», в отличие от нее.
Меня это слегка смутило:
– В каком смысле «не из наших»?
– Блин, это сложно! Давай ты сама с ним поговоришь, если не повезет.
– В смысле, если не повезет?
Вил посмотрел на меня как на сумасшедшую:
– Окей, – вздохнул он. – Его зовут Вельзевул. И он с девушкой составляет целое.
– Чего! – теперь была моя очередь смотреть на него как на психа. Почему я сразу не обратила внимания на имя… По своей глупости, я решила слегка подыграть:
– Эмм, типа раздвоения личности, что ли?
– Нет, здесь совсем другое, – заулыбался Вил. – Ты сама поймешь. У него более грубый голос, да и манера поведения слегка устаревшая. Но, уверен, вы с ним подружитесь.
Как же он был прав. Только «подружиться» не совсем то слово, которое я бы употребила, описывая наши с ним отношения. Скорее «зависимость» подойдет больше.


Было жарко. Очень. Зачем я только одела свое пальто? Черная водолазка и так согревала. А джинсы и вовсе не давали замерзнуть. Хотя, смотря на Вила, меня пробирала дрожь. Он был одет уж совсем по-летнему. Черная майка и темно-синие джинсы. Пусть солнце и грело, но время года не располагало к такому выбору одежды.
– Тебе не холодно? – задала я вопрос, чтобы прервать неловкое молчание.
– А тебе не жарко?
– Нет, спасибо за заботу! – съязвила я. Вил лишь улыбнулся, ничего не сказав.
Мы подошли к месту встречи. Сев на лавку я начала стаскивать с себя пальто. Вопрос вдруг возник из ничего.
– Слушай, Вил, а зачем мы сюда пришли?
Он посмотрел на меня с легкой наивностью в глазах и спросил:
– В каком смысле?
– Ну, зачем мы встречаемся с ними?
Сев рядом, он слегка приобнял меня за плечо. От парня пахло свежестью. Как после дождя, когда вся пыль прибита, и в воздухе есть что-то неуловимое, легкий аромат деревьев и травы.
– Ты не ответил! Вил.
– Да, да, да. Подожди! Я думаю, как лучше тебе это сказать, – его глаза были направлены в «никуда». Мне стало за него страшно. Естественно, ничего не оставалось кроме как стукнуть его. Легонько. Совсем не больно, только ради прояснения его разума.
– Вил! Сколько можно? Говори уже!
Удар получился… намного сильнее, чем я сама от себя ожидала.
– За что! Больно ведь! – прокричал он, возмущаясь и потирая плечо.
– Извини, не рассчитала. Так что там с ответом?
– Да, дела у меня с ними. Надо решить несколько вопросов.