Макияж глаз

Уроки, фото, инструкции, отзывы. Как правильно сделать макияж для глаз.

RockAllStars_Interwiev Metallica Iron_Maiden.

19.07.2014 в 12:47

Ларс Ульрих берет интервью у Стива Харриса, «Kerrang! », 1996 г.
_

Kerrang: Август 1981 года. Копенгаген, Дания. Семнадцатилетний подросток стоит, уставившись в благоговейном трепете на британскую рок-группу, которая буквально взрывает сцену в его родном городе. Он уже видел некоторых из великих — Deep Purple, Thin Lizzy, Motorhead — но это нечто другое. Эта группа еще голоднее, еще грубее, с почти панковским напором, сваренным с изощренной динамичной музыкальностью. Парнишка сам недавно начал стучать на барабанах, и это такая группа, в которой он хотел бы играть. Если бы… Быстрая перемотка на 15 лет вперед. Семнадцатилетний пацан теперь мощный ударник самой популярной в мире метал-команды — Metallica. Те британцы, которых он увидел в тот вечер, уже сделали двадцатилетнюю блестящую карьеру, в течение которой они выпустили несколько классических в своем жанре альбомов, ставили свои белоснежные кроссовки на края мониторов по всему миру бесчисленное количество раз, оказали огромное влияние на два поколения музыкантов: от Тима Уиллера из Ash до Керри Кинга из Slayer, от Роба Флинна из Machine Head до Майкла МакКигана из Therapy. Это Iron Maiden. В сентябре выйдет охватывающий всю карьеру сборник плодотворной деятельности Maiden, смело названный “The Best of the Beast”. По случаю этого события, мы подумали, что это великолепный повод организовать встречу двух людей, наиболее ответственных за то, как выглядит лицо хард-рока — председателя Maiden Стива Харриса и его знаменитого суперфаната Ларса Ульриха.

Последний Раз Стив и Ларс виделись в 1988-м. Тогда Maiden собрали рекордную толпу в 97000 человек в Донингтоне, а Metallica еще только собиралась выпустить “. And Justice for All”, который трансформирует их из культовых героев в суперзвезд.

В общественном сознании по прошествии лет звание неофициальной «Самой Лучшей Метал-группы в Мире» перешло от команды Харриса к накрывающему стадионы ураганным огнем квартету Ульриха. Похожая история, взаимное уважение, эго и профессиональная гордость — все составные части уравнения. Будет интересно, в каких отношениях эти два человека сейчас. Тем не менее, это только теория…

Стив Харрис первым встретил нас в баре шикарного манхэттенского отеля “Parker Meridian”. Он прилетел на Конкорде специально для этого интервью, вместо того, чтобы в Южной Америке присоединиться к своим коллегам по группе перед очередным изматывающим турне. Внезапно ты ощущаешь его почти легендарную дружелюбность и простой характер. Он признается, что ему любопытно, каким образом пройдет сегодняшний вечер. Слова «бриллиант» и «чудак» были как никогда подходящие.

Ларс появляется через пару минут, рукопожатия, улыбки. Закончив металликовское турне Lollapalooza в Штатах, крепкий барабанщик должен был присутствовать на заслуженных каникулах со своей подружкой, студентом-медиком. Это говорит о степени его уважения к Стиву Харрису, раз он проводит здесь весь день. На протяжении лет Ларсу часто приходилось выслушивать добродушные насмешки, но вам просто невозможно придраться к его энтузиазму и неутомимой энергичности.

Перекинувшись парочкой слов, мы поднимаемся в номер Стива и заказываем Evian и Heineken. Ларс и Стив быстро расположились на диване боком друг к другу. Я щелкаю на своем диктофоне.

Мы готовы к року…

…Некоторое молчание.

«Окей» - смеется Ларс, «ты интервьюер, и ты у меня берешь интервью. Поехали…»

Стив выглядит смущенным.

«Я думал, это ты берешь интервью у меня» - хмурится он.

Не самое благоприятное начало…

Мы объясняем, что да, вообще-то Ларс берет интервью у Стива. Но мы бы хотели, чтобы они оба сравнили и противопоставили свой опыт в бурлящих водоворотах, чем является жизнь успешной рок-звезды. Ну, или что-то вроде того…

Наш низкорослый датчанин кивает и целиком окунается в беседу с гостем.

Ларс: Довольно интересно оглянуться на прошлые годы.

Стив: Я особенно не думаю о прошлом, но да, это долгая история.

Kerrang: Стив немного посмеялся, вспоминая ранние годы, когда был уволен первоначальный вокалист, Пол Дианно. Он вспоминает легендарную демо-запись 'Soundhouse Tapes' в канун Нового Года, потому что это был единственный раз, когда квинтету из Ист-Энда оказались по карману студийные гонорары. Он говорит о временах, когда, возвращаясь из паба домой, обнаруживаешь странных людей у себя в постели, а затем пытаешься завлечь незнакомок обратно к себе в койку. Большая часть молодежи проходит через это.

Ларс: Есть какие-нибудь сожаления по поводу того периода?

Стив: Любые решения, которые ты принимаешь в это время — правильны, независимо от результата. Ты учишься на своих ошибках. И не стоит оглядываться…

Ларс: …Как сказал однажды Дэвид Ли Рот: «Единственная причина, по которой ты смотришь в зеркало заднего вида, так это для того, чтобы увидеть, как круто ты несешься вперед». Я никогда не сижу и не обсираю решения, которые мы приняли в прошлом. Что бы я ни думал об “. And Justice for All” в 1996-м, в 1988-м я был абсолютно уверен в своей правоте.

Kerrang: Оставим в покое Вашу правоту, мистер Ульрих, если позволите. Почему бы Вам не развеять то, что осталось неясным в красочном прошлом Maiden?

Ларс: Для меня Iron Maiden были лучшей в мире группой, по крайней мере, лет семь. Но дело было не только в музыке. Вы записывали на альбомах на десять минут больше остальных рок-групп, у вас была лучшая упаковка, самые крутые майки, вообще все. Вся организация была настолько глубокой, что это было просто блаженством для таких фанов как я. И это было немалым вдохновением для нас в Металлике. Я хотел дать то же самое качество и тем детишкам, которые фанатеют по нам.

Стив: Я не смогу выставить свою голову за дверь, если ты будешь продолжать в том же духе…

Ларс: Не волнуйся, я не собираюсь тебя напрягать.

Стив: Ты чертовски прав, приятель! Не собираешься!

Kerrang: Господа, пожалуйста…

Мы переходим к более-менее спасительной теме: уход Брюса Дикинсона из Maiden. До этого Стив был необычайно скрытен по этому поводу, но, столкнувшись с настойчивостью Ларса, он немного раскрывается.

Стив: В ретроспективе, по-моему, это началось во времена альбома “No Prayer for the Dying”, когда Брюс впервые сделал сольный альбом и турне. Я приходил посмотреть на него пару раз, и было видно, что он полностью поглощен этим. Но, когда мы отправились на собственные гастроли, он, казалось, скорее, отбывал номер. Однако, на “Fear of the Dark” он казался опять заинтересованным. Но затем он сказал нам, что хочет уйти. Люди присутствуют, пока есть желание и гордость оттого, что они здесь присутствуют. А если кто-то не хочет быть здесь…

Ларс: …Вон чертова дверь.

Kerrang: Затем оба они рассуждают о доверии внутри группы, о «быках и коровах» в группе, о сомнительной пользе соло-альбомов, и о враждебных настроениях во всех успешных коллективах. Все начинает становиться немного спокойным, так что ваш всегда-шевелящий-все-это-дерьмо Kerrang! решает подхлестнуть тему.

Брюс Дикинсон сказал мне, что ушел, потому что почувствовал, что Maiden застряли в колее.

Стив: Понятное дело, я и не собираюсь с этим соглашаться. Мы всегда были весьма непоколебимы, и не беспокоились о ком-то за пределами нас. Сейчас в группе пять парней, которые любят то, что делают. И нет никакого смысла быть другими только ради того, чтобы быть другими. Однако Брюс никогда не говорил ничего подобного в то время. Что я могу сказать?

Стив Ларсу: Я знаю, что ты был фаном в ранние годы, но иногда, когда ты являешься поклонником группы долгое время, ты можешь слегка потерять интерес. Что ты думаешь о прежних годах?

Kerrang: Ларс, который сегодня выглядит скорее как человек, слушающий Oasis, а не Iron Maiden, разумно жонглирует честностью, тактом и дипломатией.

Ларс: В конце восьмидесятых наши горизонты стали существенно расширяться, поэтому большая часть тяжелого рока, который я слушал раньше, отодвинулась в сторону. Я сильно изменился за эти годы. Но я помню, как в ‘86-м у меня была кассета с альбомом Iron Maiden “Somewhere in Time”, и я слушал ее снова и снова. Он мне очень, очень нравился, несмотря на то, что Kerrang! так не думал.

Стив: Все зависит от того, с кем ты говоришь, и когда они впервые начали слушать группу. Я встречаю 14-15-летних детей, которые говорят, что “No Prayer For the Dying” или “Fear of the Dark” их любимые альбомы Maiden. Если кто-то считает, что я делаю это не так хорошо, как десять лет назад, это их проблемы. Я не беспокоюсь о таких вещах.

Kerrang: Такое бескомпромиссное отношение — еще одна общая особенность Ларса и Стива. Они оба в одиночку вели свои группы от статуса сопливых неудачников на вершину музыкального бизнеса. В то время как некоторые сворачивали с верного пути, ни один из них не уклонялся от своей мечты детства: быть самой лучшей в мире группой. Басисты и ударники традиционно не являются лидерами, но Стив и Ларс сошлись на своем общем менталитете.

Ларс: Ты вынужден надевать шоры на глаза и не позволять ничему тебе мешать.

Kerrang: Оба собеседника также часто обвинялись в «одержимости контролем».

Ларс: Настоящей демократии не может быть в группе.

Стив: Совершенно верно. Если проводить собрание по поводу каждой мелочи, вообще ничего не будет сделано. Кто-то должен взять быка за рога. Кем только меня не называли все эти годы! И тот факт, что у нас было так много изменений в составе, может создать впечатление, что никто не в состоянии со мной поладить. Но у меня нет никаких комплексов по этому поводу.

Kerrang: Вы не встречались вот уже восемь лет. Что вы можете сказать друг о друге по прошествии всего этого времени?

Ларс: Если попытаться назвать имя хотя бы одного человека в сердце рок-н-ролла, который бы не изменился ни на йоту, то это будет он. В хорошем смысле этого слова. Похоже, он все такой же счастливый и целеустремленный, как когда я впервые его встретил.

Стив: Я не видел Ларса несколько лет, и мне было интересно, насколько он изменился. С тех пор он обрел много успеха, и иногда это приходит людям в голову. После этой встречи, я бы сказал, он особенно не изменился. Не считая прически.

Kerrang: Да, имидж Ларса претерпел серьезные изменения. Это и прическа, и белые сорочки, и подводка глаз. Мистер Харрис, интересно, а Вы не подумывали о косметике?

Стив: Это не из тех вещей, чем я буду заниматься. На фото-сессиях мне могут сказать: «Одень это или то, чтобы выглядеть моложе и лучше», но лучше уж я буду выглядеть 80-летним стариком, чем использовать макияж.

Kerrang: Продолжаются смех, анекдоты. Ларс говорит Стиву, что два года он не мог спокойно летать, пока не послушает мэйденовскую “22 Acacia Avenue” перед взлетом. Оба болтают о музыкальных делах — о студиях, продюсерах, менеджерах и т. д. Они долго говорят. Мы еле сдерживаем зевоту.

Да, похоже, что Стив не успеет на свой рейс в Рио. Давайте поговорим о будущем столь непоколебимых Maiden.

Ларс: Есть ли еще что-то, чего хотелось бы добиться в своей карьере?

Стив: Вообще-то нет. У меня полно других интересов помимо группы — футбол, теннис, фотография — и у меня еще четверо детей, которые отнимают много моего времени. Но у меня нет желания добиться такого же крупного успеха в чем-то еще.

Kerrang: Настало время поговорить о Ларсе. Ларс, вы помогли многим своим героям, дав им возможность широко быть представленными на турах Металлики. Как насчет того, чтобы сделать то же самое для Maiden?

Ларс разглагольствует о группах, которые его вдохновляли, но прямо не ответил, ни да, ни нет. Стив?

Стив: Я не думаю, что мы бы играли у них на разогреве нигде, кроме Америки, потому что сегодня наши позиции там не так сильны, как раньше. Мы по-прежнему можем быть хэдлайнерами везде в остальном мире, так что нет смысла играть у кого-то на разогреве, и не только у Металлики.

Kerrang: Довольно откровенно. Но как долго ты еще сможешь вести этот хороший корабль под названием Maiden?

Стив: Я очень люблю быть в Maiden и играть на сцене. Когда я остановлюсь, это будет, как футболист становится менеджером — всегда должен быть второй успех. Если бы я после ухода смог продюсировать группу, или быть ее менеджером, мне бы это нравилось. Но это уже никогда не будет тем же самым. Конечно, я осознаю, что я не смогу продолжать вечно.

Kerrang: Но какие у тебя предчувствия?

Стив: У меня спрашивали об этом десять лет назад. И я не думал, что буду продолжать делать то же самое, когда мне будет сорок. Но сегодня мне сорок, и я не ощущаю какой-либо разницы. Мне кажется, я кое-чего повидал, и кто-то другой мне не будет уже об этом рассказывать. Я определенно постарею с позором.

Kerrang: Самые одержимые в роке люди пожимают руки, обмениваются номерами телефонов и договариваются встретиться в Лондоне через пару недель. Не было ни эго, ни перебранок, просто двое старых приятелей посмеялись и поболтали.

А мы продолжаем бежать к холмам за завтрашним днем.